• Как изменить потребительское отношение людей к Церкви в процессе катехизации?

Как изменить потребительское отношение людей к Церкви в процессе катехизации?

Эта проблема в Церкви стоит остро и требует своего решения. Она ставит перед священнослужителями и катехизаторами новые важные вопросы: каким образом изменить потребительское отношение людей к Богу и Церкви на практике? Возможно ли сделать это в процессе краткого оглашения, беседах перед таинством Брака, другими таинствами или только в процессе длительной катехизации и пастырского окормления? Как в последнем случае сориентировать людей с потребительским отношением на прохождение длительной катехизации и обретение духовного руководства, на реальную церковную жизнь? Своим взглядом на проблему поделились опытные пастыри нашей Церкви.

Константин, епископ Зарайский

Епископ Зарайский Константин, викарий Московской епархии:

Катехизатор сам должен относиться к людям не как потребитель. Катехизатору необходимо самому жить духовной жизнью и самому иметь опыт молитвы. А одними техническими приемами ничего не добьешься. Не стоит преувеличивать наши возможности. Делать дело надо и делать надо хорошо, но всю надежду возлагать на Бога.

Дело в том, что та краткая катехизация, которая осуществляется по благословению Его Святейшества, – это наш первый шаг. Для того чтобы изменить существующее положение, нужно не одно поколение. Для того чтобы наш народ изменил свое сознание и превратился в церковный народ, должно произойти то, что мы именуем воцерковлением. На это нужны годы, и самой первой задачей здесь является покаяние. Без покаяния это невозможно. Народ же в массе своей не понимает, что такое покаяние, не понимает, что это не смена диеты или формы одежды, а изменение направления всей жизни. И эта-то задача собственно катехизатору или даже целой системе не под силу. Но понятно, что шаги делать нужно, и краткая катехизация – это первый из этих шагов. В точности как маленький ребенок учится ходить, сначала держась обеими руками за взрослого, так же и наш народ в массе своей настолько удалился от Церкви, что он находится в младенческом состоянии и делает в Церкви только первые шаги. Поэтому если мы сейчас продлим обязательную катехизацию перед таинствами Крещения или Венчания, для этого маленького ребенка это будет непосильной и преждевременной ношей. Это равносильно тому, чтобы двухлетнего мальчика отдать в первый класс. Если говорить о личности катехизатора, то, конечно, от него многое зависит. Личность всегда важна: хорошо ли выметен двор, зависит от дворника, хорошо ли защищена страна, зависит от воина. И от учителя многое зависит, и от врача, и от министра, но если мы будем рассчитывать только на подготовленных и окрыленных энтузиазмом личностей, то мы никогда ничего не достигнем. Поэтому все народы и государства создают системы: систему подготовки врачей, систему подготовки учителей, систему подготовки воинов – хотя движение историческое, тем не менее, осуществляется именно личностями. А все остальные помогают этому процессу в силу своего служения.Протоиерей Дмитрий Смирнов, Председатель Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства, настоятель храма святителя Митрофана Воронежского на Хуторской г.Москвы:

Дело в том, что та краткая катехизация, которая осуществляется по благословению Его Святейшества, – это наш первый шаг. Для того чтобы изменить существующее положение, нужно не одно поколение. Для того чтобы наш народ изменил свое сознание и превратился в церковный народ, должно произойти то, что мы именуем воцерковлением. На это нужны годы, и самой первой задачей здесь является покаяние. Без покаяния это невозможно. Народ же в массе своей не понимает, что такое покаяние, не понимает, что это не смена диеты или формы одежды, а изменение направления всей жизни.

И эта-то задача собственно катехизатору или даже целой системе не под силу. Но понятно, что шаги делать нужно, и краткая катехизация – это первый из этих шагов. В точности как маленький ребенок учится ходить, сначала держась обеими руками за взрослого, так же и наш народ в массе своей настолько удалился от Церкви, что он находится в младенческом состоянии и делает в Церкви только первые шаги.

Поэтому если мы сейчас продлим обязательную катехизацию перед таинствами Крещения или Венчания, для этого маленького ребенка это будет непосильной и преждевременной ношей. Это равносильно тому, чтобы двухлетнего мальчика отдать в первый класс.

Если говорить о личности катехизатора, то, конечно, от него многое зависит. Личность всегда важна: хорошо ли выметен двор, зависит от дворника, хорошо ли защищена страна, зависит от воина. И от учителя многое зависит, и от врача, и от министра, но если мы будем рассчитывать только на подготовленных и окрыленных энтузиазмом личностей, то мы никогда ничего не достигнем. Поэтому все народы и государства создают системы: систему подготовки врачей, систему подготовки учителей, систему подготовки воинов – хотя движение историческое, тем не менее, осуществляется именно личностями. А все остальные помогают этому процессу в силу своего служения.

прот. Максим КозловПротоиерей Максим Козлов, первый заместитель Председателя Учебного Комитета Русской Православной Церкви, настоятель храма преподобного Серафима Саровского на Краснопресненской набережной г.Москвы:

Святейший Патриарх, как всегда тонко чувствующий нерв церковной жизни, обозначил одну из реальных проблем сегодняшнего нашего приходского (и не только приходского) бытия – восприятие людьми, приходящими извне в Церковь, ее как институции по оказанию религиозных услуг. И в рамках такой парадигмы восприятия оказывающихся недовольными, когда вместо оказания услуг (или для оказания этих услуг) им выдвигают те или иные требования: выучить «Отче наш», прийти на исповедь, прочитать Евангелие или каким-то другим образом засвидетельствовать свою нечуждость христианской традиции.

Действительно, часто мы сталкиваемся с ситуациями, когда священник может услышать такое предложение: «Давайте вы покрестите нашего ребенка без всякой катехизации. Мы в два-три раза больше заплатим, только без катехизации». Это уже получается как бы VIP-услуга, вход без очереди, бизнес-класс.

Что можно сделать для того, чтобы каким-то образом менять эту ситуацию? Я убежден, что мы должны что-то делать не с людьми, а с самими собой, потому что мы живем в том же самом мире и часто руководствуемся теми же самыми установками даже и в церковной жизни. Пусть не так грубо – «обслужите меня качественно, и я уйду, а дальше буду сам решать, насколько мне нужна эта услуга», но более деликатно и в иных формах. От права доступа в церковную трапезную во время обеда с духовенством до права за мои немалые услуги приходу поставить свою машину на храмовой территории и так далее. То же самое в той или иной степени, наверное, можно сказать о духовенстве.

Я думаю, что если мы эту установку на извлечение чего-то небесполезного от Церкви для себя начнем преодолевать в рамках личного целеполагания, семейного, в приходе, в епархии и так далее, то это – то незаметное, но реальное действие, которое будет отзываться и в восприятии Церкви приходящими. В конце концов, если не будет повода воспринимать Церковь как комбинат по оказанию услуг, то ее таковой воспринимать и не будут.

Если храм, когда в нем нет богослужения, открыт для того, чтобы люди пришли помолиться, а не для того, чтобы продать еще несколько золотых или серебряных крестиков и цепочек, или потому, что так начальство велит, то это отзовется в душах людей. Если священник встречается с желающими креститься или крестить своих детей не с мыслью: «Ну вот, мне надо с ними о чем-то поговорить, теперь такое от начальства указание, а вообще-то хотелось бы освободиться; у меня до конца присутствия полчаса, а тут разговор надолго, но я его как-нибудь сверну», – а не пожалеет своего времени для них, то даже неправильная изначально установка по отношению к Церкви может начать ломаться, меняться.

Если катехизатор или миссионер на приходе будет не тем, кем мы должны сейчас отчитаться перед благочинием или епархией, потому что велено теперь во всех отчетах об этом писать и настоятели ломают голову, как бы создать такого рода бумагу, в которой все эти должности присутствуют, а живым прихожанином, который, пусть не в рамках работы пять дней в неделю, а потому что ему не все равно, готов как-то поучаствовать в церковной жизни.

Если выясняется, что у желающих креститься людей нет кандидатов в крестные, потому что они не живут в Церкви, священник будет знать, что у него есть запас прихожан, которые готовы на себя эту ответственность взять. Тогда это будет не похоже на комбинат по оказанию религиозных услуг. И этот перечень можно продолжить. Так что отсюда надо начинать, тогда и люди не будут так потребительски смотреть на Церковь.

Прот. Евгений ХудинПротоиерей Евгений Худин, руководитель Отдела религиозного образования и катехизации Нижегородской епархии:

Думается, первое место на пути преодоления потребительского отношения человека к Церкви занимает не что иное, как пастырская деятельность священника на приходе. Что сюда входит? Это и ответственный подход к совершению богослужения, и искреннее стремление к постоянному общению с прихожанами, причем в любой форме: при совершении исповеди, в частной беседе, во встречах, проводимых в храме и вне храма, при посещении домов и даже в проповеди с церковного амвона. Это также тот образ Церкви, который священник (да и любой церковный человек) формирует образом своей жизни. Каждый шаг священника, его жест, слово, отношение к людям, ситуациям, даже к бытовым вещам слагает в сознании человека именно образ Церкви. Если в лице священника Церковь делает искренний шаг навстречу людям, то и сами люди отзываются искренностью. Неподдельный интерес пастыря к проблемам пасомых – залог самых здравых и подлинных отношений первого со вторыми. Напротив, низменная корысть, жажда наживы со стороны священнослужителя вызывают резко отрицательную реакцию и никак не способствуют появлению непотребительского, сыновнего отношения человека к Церкви.

Немалое, хотя и не первостепенное значение имеет внебогослужебная работа с прихожанами: совместные поездки, встречи, небольшие мероприятия в самых разных направлениях. Ведь бывает, что, казалось бы, абсолютно посторонний для Церкви человек желает протянуть руку помощи, сделать нечто благое – и через это становится на путь воцерковления. Может быть, заложенный в его сознание доброкачественный опыт контакта с Церковью, со священником даст о себе знать в дальнейшем. В этом отношении важен, быть может, не столько опыт священника, сколько его заинтересованность и активная жизненная позиция.

Безусловно, играет свою роль и слово катехизатора. Не секрет, что часто Церковь воспринимается если не как рассадник мракобесия, то как нечто непонятное, мало жизненное и в реальной жизни совсем не применимое. Для многих открытием становится уже то, что церковные таинства – не некий «красивый национальный обряд» и уж тем более не «защитный» магический ритуал, а осмысляемая духовная реальность, которую в Церкви стараются раскрыть, объяснить и, главное, сделать эту реальность актуальной для нас сегодняшних. Евангелие – не книга из далекого прошлого, а насущная потребность настоящего. Такой разумный, осмысленный подход весьма отрезвляет сознание человека и приносит свои добрые плоды. Несомненно, что для реализации этого подхода необходима качественная интеллектуальная подготовка катехизатора, высокий уровень его и образования, и самообразования.

Совершенно ясно, что и тот и другой путь – «катехизация словом» и «катехизация образом жизни» – процесс небыстрый, требующий и времени, и усилий, и опыта, который в каком-то смысле наша Русская Церковь обретает заново, если не сказать «с нуля». Это и наш путь в настоящем, и первоочередная задача на перспективу.

Священник Александр УсатовПротоиерей Александр Усатов, клирик Кафедрального собора Рождества Пресвятой Богородицы г. Ростова-на-Дону, руководитель духовно-просветительского центра им. Димитрия Ростовского при Кафедральном соборе:

Потребительское отношение к Богу, Церкви и таинствам свойственно языческому мировоззрению, когда человек воспринимает церковную жизнь, исходя из опыта фактического отчуждения от Бога. А если человек не ощущает Божьей любви, он и сам теряет способность любить, ниспадая на уровень потребления и использования.

Во время катехизических бесед люди искренне признаются, что вполне довольны своим уровнем религиозности, дескать, они не фанатики, а «Бог у них в душе». Господь и вправду близок к людям, не оставляет и заботится о них. Но в данном случае это Бог, вынесенный за скобки человеческой жизни: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр. 3:20). Людей, путающих религиозное чувство с церковностью, можно призвать задуматься о том, «доволен» ли Сам Бог таким уровнем отношений, а также обсудить вместе те места Священного Писания, где Господь открывает высшее призвание человека и Свое отношение к нему.

Многие люди сегодня даже не подозревают, что Бог — это единство трех Лиц, пребывающих в отношениях истинной любви, призывающих человека войти в Свой круг общения. Поэтому уже на первой беседе катехизатору стоит обсудить с пришедшими эту важнейшую тему: «Он делается соучастником человеческой жизни и человеческой трагедии, Он становится человеком; Бог входит в историю; Бог погружается в наш мир, и этот мир всей тяжестью, всем ужасом своим смертоносно ложится на Его плечи. Этого Бога человек может принять, этого Бога человек может уважать; Ему можно довериться, Ему можно быть верным, можно видеть, что этот Бог так верит в человека, такую надежду на него возложил, так его полюбил до смерти, и смерти крестной, что можно за Ним идти, куда бы Он ни пошел: на смерть, на жизнь» (митрополит Антоний Сурожский).

Опыт показывает, что, если доступно и внятно показать пришедшему человеку, что вся история спасения — это непрестанный поиск Богом человека ради переживания настоящей Встречи и единства, для многих это открывает новые горизонты религиозности, о которых они раньше даже не подозревали. Им становится понятно, что Бог сотворил человека как друга и собрата для общения с Собой. Что Господь желает дать нам не столько блага земные, сколько Самого Себя. И пришел Он на землю «не [для того], чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мф. 20:28). Он просит у человека не бездушных жертв, а сердечной любви: «Сын мой! отдай сердце твое мне» (Притч. 23:26). Ведь именно сердечное расположение делает людей способными воспринять Божью благодать и ответить на нее с благодарностью.

Участникам бесед можно дать понять, что Бога христиан невозможно заставить исполнить просимое с помощью подкупа, заклинаний, обрядов и иных воздействий. Зато вполне возможно Ему доверять, открывать глубины своей души в радости и печали, исповедовать свои ошибки и принимать Его прощение на Исповеди.

Уверен, что вторичная христианизация Руси подразумевает помощь далеким от Церкви людям взойти на тот высокий уровень отношений, к которому призывает их Бог. Тогда их прежняя потребительская мотивация станет лишь поводом встать на новый религиозный путь — Путь Господень.

https://pravobraz.ru

8 июня 2017