«Книга атеиста открыла мне путь к Богу» — реальная история священника

Протоиерей Николай Лызлов, священник Храма Святой Троицы в Хохлах, Москва

«Книга атеиста открыла мне путь к Богу» — реальная история священника

В начале жизни я считал, что наука и религия — вещи несовместимые и что наука доказала: Бога нет.

Сыграло роль мое доверие всему, чему учили в школе и (как я сейчас понимаю) на занятиях астрономического кружка при московском планетарии, в который я ходил два года. В кружке я оказался по влечению к неведомому, таинственному, чудесному — повседневная жизнь не удовлетворяла запросов души. Затем я участвовал в геологических экспедициях, занимался альпинизмом, увлекался литературой, музыкой, живописью — и классикой, и авангардом; участвовал в диссидентском движении. Но ничто не приносило душевного удовлетворения, всегда чего-то не хватало…

Тогда я не знал чеканной формулы блаженного Августина: «Ты создал нас для Себя, и мятется сердце наше, доколе не успокоится в Тебе». С увлечением читал научно-фантастическую литературу (все та же моя жажда чудесного!). В то время нельзя было купить в книжных магазинах или взять в библиотеках Библию (если, конечно, у тебя не было допуска в спецхран), творения святых отцов, трудов религиозных мыслителей, книг верующих ученых.

Помню, один из бойцов атеистического фронта А. И. Виноградов свидетельствовал: «В одном производственном коллективе намечено было выступление по атеизму, и в районное отделение общества “Знание” поступила заявка на лекцию о Библии <…> говорят, что это жутко интересная книга и вроде бы СЕКРЕТНАЯ, так как она нигде не продается и в местной библиотеке ее тоже нет».

Но вот мне исполняется 33 года и ко мне в руки попадает книга «Апостольская командировка». Ее автор — Владимир Федорович Тендряков — был атеистом, заместителем главного редактора журнала «Наука и религия». Причем атеистом искренним, пытавшимся искать ответы на вызовы, которые эпоха ставила перед атеизмом.

Напомню людям, эту эпоху не заставшим, что, согласно доктрине марксизма-ленинизма, теории «научного» атеизма, религия является продуктом эксплуататорского общества, угнетения человека человеком (например, Карл Маркс писал: «Религия — это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира») и темноты, невежества людей.

Утверждалось, что построение общества, в котором не будет эксплуатации и неграмотности, приведет к отмиранию религии. В середине 30-х годов в СССР было построено социалистическое общество, покончено с неграмотностью, и в 60-х годах «по числу студентов на 10 тысяч человек населения СССР значительно превосходил такие страны, как Великобритания, Федеративная Республика Германия, Франция, Япония и другие».

Однако вопреки теории «научного» коммунизма религия в СССР не только не отмерла, но среди верующих появлялось всё больше и больше людей с высшим образованием, ученых.

Насколько я могу судить, в этой книге Тендряков задался целью показать, как современный интеллигент может прийти к Богу, попытаться жить по вере и — по мысли писателя-атеиста, — разочаровавшись, вернуться к «нормальной» (с точки зрения автора) жизни.

Главный герой повести — журналист, работающий в научно-просветительском журнале для молодежи, мучается над вопросом смысла жизни и смерти:

«Я появился — свершившийся факт. А для чего? Мое “Я”, как и “Я” миллиардов других, закончится жалким холмиком земли. И это так же неоспоримо, как и то, что и данный момент я существую. Жалкий, бессмысленный холмик земли. Для него живу, к нему иду, не промахнусь — там исчезну.

Конечная цель — могила! В бескрайней Вселенной нет ничего бессмысленней меня <…> Каждый ребенок натыкается на него (то есть вопрос «для чего я живу». — Н. Л.), а Эйнштейны и Фридманы с профессорской солидностью делают вид, что нет такого вопроса. Они забавляют себя и мир разгадкой побочных шарад — конечна или бесконечна Вселенная, как движется электрон вокруг ядра… Лишь бы убежать, лишь бы не признаться себе в своей собственной бессмысленности».

Подобные размышления едва не приводят его к самоубийству. И вот в период этих мучительных раздумий герой повести получает задание редакции написать статью, популярно излагающую самую современную на тот момент теорию возникновения Вселенной, теорию Зельдовича — Смородинского. Для того чтобы лучше понять эту теорию самому, он встречается с одним из крупных физиков-теоретиков, беседует с ним. И приходит к поразившему меня выводу: а наука-то не знает, как возникла Вселенная, и никогда не сможет узнать.

Герой повести, недоумевая, рассуждает, и я иду вслед за ним: «Тогда какие преимущества гипотезы Зельдовича — Смородинского перед другой гипотезой, где туманноликий Бог из хаоса за шесть дней сотворил мир? “И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что это хорошо”. Просто и ясно, по крайней мере, наглядно, без каких-то там мутных для восприятий нейтрино и антинейтрино. Как первая гипотеза, так и вторая — не истина, в конечном-то счете цена им одна. Наука, выходит, не имеет преимуществ перед наивной легендой».

Чуть позже он сделает вывод о том, что все люди — верующие: только одни веруют в то, что Бог есть, а другие в то, что его нет. Этот вывод поразил меня.

Герой повести утверждает, что наука не знает, как возникла Вселенная. Но это мнение литературного героя, подумал тогда я, а что говорят по этому поводу сами ученые?

И я взялся перечитывать сохранившиеся у меня с «кружковских» времен книги, брошюры, журналы; затем стал покупать, искать в библиотеках новые. В результате пришел к выводу, что большинство ученых прямо или косвенно признают, что наука не знает не только как возникла Вселенная, но и как возникли жизнь, разум, как функционирует сознание человека. Но раз наука не знает, как возникли Вселенная, жизнь, разум, то она, размышлял я, не может утверждать, что она знает, что они возникли сами собой, естественным образом, а не были сотворены Богом.

У известного сегодня богослова А. И. Осипова есть такая мысль: «С точки зрения науки постигаемый мир бесконечен. Но в таком случае для науки остается возможность или когда-то “встретить” Бога, если Он есть, когда-то доказать Его существование, или оставаться вне знания о Его бытии. От имени науки никогда нельзя будет сказать, что нет Бога, даже если бы Его не было».

Но эту мысль я прочел годы спустя, а тогда я продолжил интенсивно читать литературу по вопросам происхождения Вселенной, жизни, разума и все больше убеждался, что учение так называемого научного атеизма о мироздании находится в большем противоречии с данными современной науки, чем христианство.

Поиск ответа на вопрос о смысле жизни и смерти привел меня к знакомству с церковными людьми, а через них — с трудами (как правило, в машинописном или ксерокопированном варианте) верующих ученых, религиозных мыслителей, творениями святых отцов… Потом я узнал, что такое пост, молитва, церковные таинства… А потом стал священником.

А толчком ко всему этому послужила книга писателя-атеиста Владимира Федоровича Тендрякова, главному герою которой, как и мне в тот момент, было 33 года.

https://foma.ru/

21 февраля 2019